Персона
 
Предыдущая статья Предыдущая статья Содержание номера Следующая статья Следующая статья

Нина РАУТИО: «Я готова многое сделать на благо Карелии!»

В преддверии 75-летия Петрозаводского музыкального колледжа им. К.Э. Раутио 27 марта – 1 апреля состоится Республиканский конкурс юных вокалистов имени Нины Раутио. Учредителем конкурса выступает Министерство культуры Карелии.
    Жизнь Нины Раутио похожа на крутую спираль: уроженка Петрозаводска блестяще окончила Ленинградскую консерваторию, стала лауреатом престижных международных конкурсов. Она пела на сцене санкт-петербургского малого оперного театра. Затем ее звезда взошла в Большом театре в Москве, она исполняла главные партии в миланской «Ла Скала» и нью-йоркской «Метрополитен-опера», гастролировала по всему миру.
    В Лондоне исполнительница основала собственный класс по обучению вокальному мастерству, но мечта создать собственный центр оперного искусства в Петрозаводске не покидала. За последние два года Нина Раутио провела серию мастер-классов для карельских и российских вокалистов.
    Вокалисты на мастер-классы известной певицы собираются со всей России. Я побеседовала с певицами из разных городов. Они рассказали, что встреча с Ниной Раутио – счастливый случай в их жизни. Вокалисты в один голос утверждают, что Нина Валентиновна преподаватель от Бога.
    Мы встретились с известной оперной певицей, чтобы поговорить о причудах судьбы и возможных вариантах дальнейшей творческой работы Нины Раутио на благо Карелии.
    Живу, как на шпагате
    – Нина Валентиновна, за рубежом вы скучали по Карелии?
    – Много лет меня мучила тяжелая ностальгия. Пока гастролировала, задумываться об этом было особенно некогда. Я не стремилась остаться за рубежом, в Великобритании никогда не чувствовала себя полностью дома, а ведь там сейчас вся моя жизнь: сын, внучка, друзья и коллеги, класс вокалистов. Другое дело, что через призму тамошних реалий я многое открыла в себе самой. Оказалось, внутри я очень спокойный человек, мне нравится размеренная жизнь, в которую никто не вмешивается, хотя я и скучаю порой по русскому разгильдяйству.
    Удивило, что встретили меня на Западе с распростертыми объятиями, в трудные моменты всегда поддерживали. Но несмотря на комфорт быта и прекрасное, доброе отношение за границей не хватает духа.
    Я никогда не ругала советскую действительность. Несмотря на все недостатки того времени получила только самое хорошее: блестящее образование, прекрасную работу, возможности познакомиться с огромным количеством интереснейших людей. Я очень ценю и уважаю все, что дала мне Родина, и ни разу не позволила себе за рубежом сказать о России что-то плохое.
    Сегодня живу, как на шпагате, между Петрозаводском и Лондоном, рейс в Россию стал для меня регулярным. Почему я здесь? Хочется, чтобы мои профессионализм и жизненный опыт стали востребованы не только за рубежом, но и в родной республике. В культурной жизни Карелии всегда присутствовала наполненность духом, в первую очередь это касается творческих людей. Наша республика подарила миру множество ярких имен. Сейчас я чувствую, что многие люди находятся в своеобразных капсулах, плотных оболочках, за пределы которых никогда не выходят. Интересно раскрыть людей, попытаться объединить их энергию, тогда творческое развитие вышло бы совсем на другой уровень. Жители Карелии очень теплые, с невидимым кипением внутри: если они полюбили, это до гроба. При этом они очень спокойные, неприметные внешне. В Карелии я всегда ощущала это особое внутреннее горение!
    – Какую роль в вашей жизни сыграли родители?
    – Им со мной было очень непросто. Энергии у меня было столько, что дольше двух минут на месте я не оставалась – летела, как пуля из гильзы. Чтобы удержать в кровати, родители были вынуждены меня привязывать, а в больнице им приходилось прятать одежду, чтобы не убежала. Потом моя необузданная сила трансформировалась в творчество.
    Родители оказали мне серьезную помощь во время учебы в консерватории, очень помогали с воспитанием сына. Мама в молодости тоже пела в городской хоровой капелле под руководством Лии Фулиди, поэтому она меня очень хорошо понимает. Она немногословна, но я знаю, насколько высоко она ценит все, чего я достигла, радуется музыкальным успехам внука Яна. Мои родители отличаются удивительной особенностью: они очень деликатны. Сейчас мы друзья, это очень глубокая внутренняя связь.
    Прожила уже 150 лет
    – Когда вы оглядываетесь на свою жизнь, какие эпизоды вспоминаются прежде всего?
    – У меня не было поступательного движения. Я не шла – взлетала и сразу попадала на новый уровень: сначала оказалась в музыкальной школе, потом в музучилище на двух отделениях. Следующая веха – Ленинградская консерватория, меня заставили туда поступать, хотя я не хотела уезжать…
    Мое музыкальное созревание оккультно. Особенно остро ощутила это в Петербурге, городе-призраке, в котором я сама стала тенью. Там я закрывалась ото всех в классе, уходила от любого общения. Десять лет в Северной столице – самый смутный период жизни, о котором я мало что помню, но он во многом определил будущее развитие. Я считалась совершенно некомпанейской девушкой, только до умопомрачения училась. В молодости я боялась разочарований, поэтому впервые послушала свои записи только спустя лет десять, когда уже пела на мировых оперных сценах. Сегодня петербургский этап мне кажется многолетним затмением, в котором почти не было событийных моментов. Помню только ежедневную многочасовую работу.
    Жизнь за границей тоже особая веха. Я избавилась от многих комплексов, осознала себя человеком, в жизнь которого никто не лезет. Сейчас у меня утроенное восприятие плотности времени. Мне кажется, что жизнь настолько наполнена встречами, событиями, что я прожила уже 150 лет.
    Чутье на одаренность
    – Кого считаете учителями?
    – В учителя я записываю всех, кто порой даже одной фразой повернул жизнь. Их так много, что не хватит разговора, чтобы упомянуть всех. Поэтому расскажу только о нескольких людях. Прекрасно помню, какие тепло и покой излучала моя воспитательница в детском саду. Я была необузданным ребенком, но, когда она входила в группу, мгновенно успокаивалась. До сих пор она вспоминает обо мне, при встрече интересуется у мамы новостями.
    В училище ко мне пришел настоящий учитель – Зоя Ларькина. Она просто сказала: «Ты будешь петь!» И я сразу восприняла это как указание. Зоя Ивановна педагог от Бога, она никогда не вмешивалась в природу, просто помогала ученикам раскрыться. Чем дольше я живу и преподаю, тем выше оцениваю ее мастерство.
    Потом явился мэтр, открывший во мне философа-музыканта, – это Кир Рожков. Он на собственном примере научил меня чувствовать музыку. Кир Ильич не давил, просто непринужденно делился своими знаниями. Наши творческие отношения продлились долгие годы.
    Тепло вспоминаю Виолетту Жукову, одного из самых утонченных педагогов в музыкальном училище Петрозаводска. С ней мы встречаемся, когда бываю в Петрозаводске. Еще могу назвать дирижера Татьяну Гликман, Георгия Терацуянца, Лию Фулиди. Казалось бы, немного с ними общалась, но эти личности своими сферами притягивали.
    В Москве я пять лет проработала в Большом театре. Атмосфера в этом храме искусства сложилась совершенно оккультная, поскольку там бывали такие «вечные» люди, почти привидения, как Майя Плисецкая. Она, «гений чистой красоты», легенда, никогда не стеснялась подходить и здороваться первой. Артур Эйзен не пел, а благородил на сцене. Тамара Милашкина до зрелых лет поражала своей энергией, невероятной выразительностью голоса. С ней мы очень сблизились. С Тамарой Синявской мы выезжали на гастроли в Германию, сблизились сначала как коллеги, потом общение вышло и на эмоциональный уровень. С большим теплом вспоминаю Владимира Атлантова, который повлиял на то, чтобы меня приняли в труппу Большого театра. Еще он буквально спас мне жизнь, когда я тяжело заболела, помог быстро найти врачей.
    Серьезным учителем для меня стал Лучано Паваротти. Он учил даже своим молчаливым присутствием рядом. Я считаю, что личности такого масштаба рождаются раз в пятьсот лет. Однажды мы пели с ним вместе в «Доне Карлосе» Верди, причем для меня замена произошла в последний момент. Волнуясь, я подошла к нему представиться, а он вместо этого просто спросил: «Клавирчик хочешь?»
    У всех моих очень разных учителей было одно общее начало: когда они видели перед собой настоящий талант, они становились терпимыми, поддерживающими. У них было внутреннее чутье на одаренность.
    – Как вы сами пришли к преподаванию?
    – Сама я начала давать уроки достаточно рано, еще во время учебы в консерватории. У меня были официальные ученики, с которыми я занималась во время практики, и неофицальные, которые просто просили помочь. Дальше преподавание продолжалось всю жизнь, я всегда что-то объясняла кому-то. Два года занималась со студентами в Академии хорового искусства имени В.С. Попова в Москве. В Лондоне открыла свою школу.
    Я непростой педагог. Для того чтобы принять от меня знания, нужно сразу правильно почувствовать профессиональную дистанцию. Потом я сама иду на сближение, но изначально в отношениях «учитель – ученик» обязательно должно присутствовать уважение к мэтру.
    Ученики меня очень любят. И это притом, что я никогда ничего не делала, чтобы нравиться другим. Однажды, когда мне было 23 года, я проснулась и поняла, что не нужно никому ничего доказывать. Гениальный дирижер Лорин Маазаль после моей премьеры в «Ла Скала» порекомендовал беречь здоровье и никогда не читать критики. Я так всегда и делала.
    Альтернативный центр оперного искусства
    – В чем главная цель приездов в Петрозаводск?
    – Надеюсь доказать, что в Карелии очень много талантливых людей и можно раскрывать их способности в родной республике. Ведь не секрет, что самые сильные личности предпочитают уезжать из Карелии. Я уверена, что помочь дарованиям реализоваться можно в Петрозаводске своими силами, важно только подготовить для этого инфраструктуру. Уровень вокальной педагогики в республике, к сожалению, недостаточно высок – я вижу это по ученикам.
    Сейчас почувствовала заинтересованность в себе со стороны руководства музыкального колледжа имени К.Э. Раутио, Министерства культуры, студенты и артисты задолго записываются ко мне на мастер-классы. Наша республика удивительная, мистическая, здесь можно столько всего натворить в высоком смысле!
    Хочется, чтобы в Петрозаводске были не только клубы боевых искусств, секции для горнолыжников, кружки танцев живота, но и очаги высокой культуры. Я мечтаю открыть здесь альтернативный центр оперного искусства для всего Северо-Запада, без блата, послужных списков – все будет оцениваться только по таланту. В нем можно будет получить профессиональное образование на европейском уровне. Важно находить в республике новых ярких исполнителей, помочь людям понять и принять настоящее искусство, сделать так, чтобы карельские дарования росли и расцветали на родине.
    Первый шаг в осуществлении задуманного – конкурс молодых вокалистов, который состоится в марте. По его итогам будут определены дальнейшие варианты развития наших проектов, мы обсуждаем их с руководством Министерства культуры Карелии. Надеюсь, что наша стратегия в области развития оперного искусства найдет понимание и поддержку у Главы Республики.

Наталья ЛАЙДИНЕН



Предыдущая статья Предыдущая статья Содержание номера Следующая статья Следующая статья
© Редакция газеты "Карелия", 1998-2011